ПРОБЛЕМЫ ТИПОЛОГИИ ГОСУДАРСТВ И ПРАВОВЫХ СИСТЕМ  

ПРОБЛЕМЫ ТИПОЛОГИИ ГОСУДАРСТВ И ПРАВОВЫХ СИСТЕМ

ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ И МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ

1. Необходимость и значимость типологии государств и правовых систем

2. Понятие типа государства и права и его исторические разновидности

3. Проблема выработки критериев типологии государств и правовых систем

1. Необходимость и значимость типологии государств и правовых систем

1. Проблемы типологии государств и правовых систем всегда занимали их внимание. Для того чтобы получить законченное представление о существе государства, во-первых, необходимо рассмотреть процесс его возникновения и прекращения, ибо точное выяснение образующих и разрушающих государство факторов имеет важное значение для выяснения вопросов о правовом характере государства, а также о природе и границах публичного права. А во-вторых, необходимо выяснить, в рамках какого «общего типа» данное государство «индивидуализировалось». Поучительно рассмотреть те типы государства, которые исторически связаны с современным государством, как отношение исторического преемства.

Глубокое и всестороннее изучение государства и права с неизбежностью предполагает также использование дифференцированного подхода к исследуемой материи. С теоретической и практической точек зрения важно не только более полное и точное определение того, что такое государство и право «вообще», какими специфическими признаками и чертами они обладают и чем они как социальные институты отличаются от других социальных институтов. Не менее важно установление того, какими были государство и право на различных этапах развития общества, как они соотносились между собой и с государственно-правовыми институтами, находившимися на предшествующих по отношению к ним или на последующих этапах развития общества, наконец, что они представляют собой на современном этапе.

Ответ на эти и многие другие подобные вопросы логически подводит к необходимости выделения из совокупности всех когда-либо существовавших, ныне существующих и тех, которые появятся в будущем, государств и правовых систем, определенных типов государства и права, к необходимости их типологии («типизации»), или классификации.

2. Что собой представляет данный процесс? Каково его содержание, место в системе методологии, роль и назначение?

Типология («типизация»), или классификация государств и правовых систем по типам представляет собой объективно необходимый, закономерный процесс познания естественно-исторического развития государства и права как отражение процесса исторически неизбежной смены одних типов государства и права другими. Типология является одним из важнейших приемов или средств познания исторического процесса развития государства и права.

Важнейшими отличительными чертами и особенностями исторического процесса развития государства, права, равно как и любого иного социального явления, включая само общество, выступают его естественность (объективность), всеобщность, непрерывность, дискретность, сопровождающаяся выделением его отдельных стадий или фаз развития, строго определенная их взаимосвязь и преемственность.



Учет данных, равно как и иных черт и особенностей, является исходной предпосылкой, непременным условием, как познания всего исторического процесса, так и типологии государств и правовых систем.

Логично и неизбежно предположение о наличии различных этапов, исторических вех в развитии государства и права. Этапность, дискретность не только не означают признания некоего разрыва в истории человечества, а, наоборот, предполагают, что развитие человеческого общества, а вместе с ним государства и права — это непрерывно протекающий, длящийся, объективно обусловленный естественно-исторический процесс.

3. Процесс развития человеческого общества, так же как и процесс развития государства и права, — это не только объективный, но и субъективный процесс. Данное замечание относится как к обществу, государству и праву в целом, взятым во всем своем историческом движении, так и к их отдельным составным частям, к отдельным этапам их развития и к отдельным странам.

Описывая, например, героические походы и подвиги Александра Македонского и отмечая глубокий след, оставленный им в истории развития древнего общества и государства, известный греческий писатель и историк Плутарх (около 45 —127 гг. до н.э.) подчеркивал, что величие его и влияние на развитие древней цивилизации (субъективный фактор) проявились не только в том, что в течение одного лишь десятилетия им была создана могучая держава, равной которой до того времени не знало человечество, но и в том, что были созданы социальные, интеллектуальные и иные предпосылки для дальнейшего развития государственно-правовой жизни и культуры.

Именно в этот период было положено начало эпохи эллинизма — эпохи синтеза исторических, культурных и иных традиций Запада и Востока. Именно этому периоду, периоду царствования Александра, посчастливилось стать веком расцвета многих искусств и великих дарований. В лице Александра они получили знатока и судью, который лучше кого бы то ни было, мог оценить выдающееся произведение и щедрее всех вознаградить за него.

Говорят, что в более поздние времена, жил Архестрат, замечательный поэт, но никому не известный и прозябавший в бедности. Однажды ему кто-то сказал: «Вот если бы ты жил при Александре, за одну строчку он бы подарил тебе Кипр или Финикию». Вывод: что лучшие из тогдашних мастеров появились не столько при Александре, сколько благодаря Александру.

Субъективный фактор оказывал огромное влияние на развитие государственно-правовой и иных сфер жизни общества не только в ранний период развития истории человечества, но и на всех последующих ее этапах.

Говоря о воздействии правления Наполеона на развитие государства и права Франции и других стран, известный французский писатель Ф. Шатобриан писал, что «Бонапарт велик не своими словами, речами и писаниями, не любовью к свободе, о которой он всегда очень мало заботился и которую даже и не думал отстаивать». Он велик тем, что создал стройное государство, свод законов, принятых во многих странах, судебные палаты, школы, мощную, действенную и умную систему управления, от которой мы не отказались и поныне. Он велик тем, что возродил, просветил и благоустроил Италию. Он велик тем, что вывел Францию из состояния хаоса и вернул ее к порядку; тем, что восстановил алтари, усмирил бешеных демагогов, надменных ученых, анархических литераторов, нечестивых вольтерьянцев, уличных говорунов, убийц, подвизавшихся в тюрьмах и на площадях, оборванцев, горланивших на трибуне, в клубах и у подножия эшафота, и заставил всех служить себе. Он велик тем, что укротил своевольную чернь, тем, что обязал солдат, бывших ему командирами или соперниками, подчиниться его воле и забыть прежнюю бесцеремонность. Более же всего он велик тем, что сам создал себя, что сумел исключительно властью своего гения принудить к послушанию тридцать шесть миллионов подданных в эпоху, когда все иллюзии, окружавшие некогда трон, рассеялись, он велик тем, что победил всех воевавших против него королей, что превзошел всех завоевателей, каких человечество знало раньше, тем, что десять лет творил чудеса, ныне с трудом поддающиеся объяснению.

Даже после своей смерти Наполеон продолжал оказывать своим имиджем, сохранившейся о нем памятью на умы и сердца многих людей, политических деятелей и государственно-правовые институты огромное влияние.

Ныне Бонапарт уже не реальное лицо, персонаж легенды, плод поэтических выдумок, солдатских преданий и народных сказок, подобный Карлу Великому и Александру, какими изображали их средневековые эпопеи. Этот фантастический герой затмит всех прочих и пребудет единственно реальным. Бонапарт — плоть от плоти абсолютной власти.

4. Бесчисленные примеры, взятые из жизни и деятельности политических и общественных деятелей многих стран, а также социальных слоев, классов и групп, со всей очевидностью свидетельствуют о том, что субъективные факторы, наряду с объективными, всегда оказывали и продолжают оказывать на развитие государства и права, а вместе с тем и на развитие других сфер общественной жизни огромное влияние.

Это не временный и не локальный, а непрерывно протекающий, всеохватывающий, глобальный процесс. Его нельзя не учитывать не только при рассмотрении всемирной истории развития человечества как единого естественно-исторического процесса, но и при решении проблем типизации государства и правовых систем. Это — во-первых.

Следует отметить, что не все авторы разделяют данную точку зрения. Некоторые пытаются доказать, например, что единой истории человечества нет, а есть лишь бесконечное множество историй, связанных с разными аспектами человеческой власти.

Реальной всеобщей историей человечества, если бы таковая была, должна была бы быть история всех людей, а значит — история всех человеческих надежд, борений и страданий, ибо ни один человек не более значим, чем любой другой. Такая реальная история не может быть написана. Была бы не одна, а множество историй.

Такая точка зрения в подавляющем большинстве случаев не разделяется ни отечественными, ни зарубежными авторами. Преобладает мнение о всеобщности, непрерывности и глобальности исторического процесса, в рамках которого протекает процесс развития государства и права и осуществляется их типизация.

Во-вторых, при решении проблем типологии нельзя упускать из виду, что процесс развития государственно-правовой материи неразрывно связан с постоянным развитием социальной сущности, содержания и назначения государства и права, а также с коренным изменением основных принципов их организации и функционирования. Например, если в качестве одного из важнейших принципов рабовладельческого типа государства и права выступал принцип частной собственности на основные средства производства и на людей-рабов, то в качестве одного из основных принципов капиталистического типа государства и права выступает уже принцип формально-юридического равенства всех граждан перед законом. Одним из важнейших принципов феодального типа государства и права был принцип вассального подчинения принцип соответствия объема и характера политической власти размерам земли, принадлежащей тому или иному лицу.

И, в-третьих, важно учитывать, что процесс перехода государства и права от одной ступени к другой, от одного типа государства и права к другому органически сочетает в себе элементы непрерывности, эволюционности развития государственно-правовых явлений с элементами их дискретности, качественной скачкообразности, революционности.

Эволюционность развития государства и права, выступающая в виде постепенного накопления в них количественных и качественных изменений, и революционность развития, представляющая собой быстрое, скачкообразное качественное изменение государственно-правовых явлении, проявляются вовне как две взаимосвязанные, органически сочетающиеся друг с другом, взаимодополняющие друг друга стороны процесса их естественно-исторического развития

Эволюционное развитие государства и права совершается, согласно сложившемуся в научной литературе мнению, в основном в рамках одного и того же типа данных явлений, в пределах одной и той же общественно-экономической формации. Революционное же развитие государства и права, приводящее к быстрому и вместе с тем коренному изменению их социально-классовой сущности, содержания типа государства и права, к переходу к другому, последующему типу, от одной общественно-экономической формации к другой.

Ни в науке, ни в общественно-политической практике нет одинакового понимания «эволюции» и «революции» Например, в западной юридической и социологической литературе революция традиционно ассоциируется лишь с «быстрыми, неожиданными изменениями в социальной структуре или же в наиболее важных ее частях». Подчеркивается при этом, что формы ее зависят от «масштабов и скорости происходящих изменений» и что революции «могут сопровождаться или не сопровождаться беспорядками и временной дезорганизацией» общественной жизни.

В отечественной литературе революция ассоциируется не только с быстрыми, но прежде всего с качественными изменениями в развитии явлении природы, общества или процесса познания. Особое внимание акцентируется на том, что революция выступает «как перерыв постепенности, качественный скачок» и этим она отличается от эволюции и реформы.

Эволюция в противоположность революции неизменно рассматривается как процесс медленных, длительных по времени, качественных изменений, происходящих в обществе, государстве, праве, окружающей среде. Это процесс изменений, при котором каждая последующая стадия развития органически связана с каждой предшествующей, при котором рост или развитие сочетается с непрерывностью и глубокой преемственностью.

В государственно-правовой теории и политической практике далеко не всегда проводится четкое различие между революционной и эволюционной формами развития государства и права. Более того, нередко одна форма (чаще всего реформистская, эволюционная) в политических и идеологических целях представляется в качестве другой революционной. Это случается, как правило, когда стремятся подчеркнуть особую важность, придать большую, чем это есть на самом деле, значимость тем или иным политическим, правовым, социально-экономическим и иным реформистским преобразованиям, которые проводятся в той или иной стране.

Нередко «революция», олицетворяющая собой смену типов государства и права, переход власти от одного правящего класса к другому, подменяется другим явлением и понятием под названием «переворот». Последний означает антиконституционный, чаще насильственный переход (захват) власти от одной части правящего класса к другой, от одной группы или фракции господствующей политической элиты к другой.

Переворот, независимо от его названия (военный, государственный, дворцовый и т.д.), не влечет за собой непосредственно смену типа или типов государства. Он влечет частичные, поверхностные изменения в государственном механизме и его деятельности. Имеются в виду, например, изменения, касающиеся формы правления государства, политического или государственного режима, ряда направлений внутренней и внешней политики.

В юридической и политологической литературе сложилось мнение, что независимо от особенностей своего существования и функционирования государство, а вместе с ним и право проходят исторически обусловленный путь развития от рабовладельческого типа к социалистическому. Между данными типами государства и права соответственно лежат феодальный и капиталистический типы. Такова схема.

5. Утверждается, что процесс развития государства совершается по восходящей линии и по характеру это необратимый процесс. Государственно-правовая практика не в полной мере подтверждает данный тезис. Она полностью доказывает правильность лишь его первой части, об общей тенденции развития государства по восходящей линии. И только частично это относится ко второй.

Прогрессивное развитие государства или, что одно и то же, его развитие по восходящей линии проявляется в том, что по мере перехода государства от одного типа к другому, от одной его сущностной характеристики к другой укрепляются демократические принципы его организации и деятельности, расширяются его социальные основы, увеличивается круг прав и свобод, которыми наделяются подданные и граждане государства. О развитии государства по восходящей линии свидетельствуют и другие обстоятельства:

- совершенствование самого государственного механизма,

- расширение конституционно-правовых основ его деятельности,

- совершенствование механизма взаимосвязи и взаимодействия государства с обществом и различными социально-политическими институтами.

По поводу необратимости процесса развития государства и права, последовательности смены их типов, правы те ученые, которые утверждают, что как нельзя остановить естественно-историческое развитие общества а вместе с ним — государства и права, как нельзя предотвратить их переход от одной, более низкой ступени к другой, более высокой, от одного типа к другому, поскольку это объективно обусловленный, детерминированный процесс, так же нельзя повернуть вспять историю и перейти назад, от любого из последующих этапов развития государства и права к их предшествующим этапам.

Данное теоретическое положение, касающееся необратимости процесса развитая общества, государства и права, не подлежит никакому сомнению. Правильность его многократно подтверждена самой жизнью, общественной и государственно-правовой практикой. Однако его нельзя абсолютизировать, ибо объективный, детерминированный характер развития общества, государства и права не равнозначен фатальному, заранее во всем предопределенному характеру. В процессе развитая человеческого общества, государства и права, имеет место, не только необходимость, но и историческая случайность, которая может привести в отдельных конкретных случаях к обратному движению, к торможению прогрессивного развитая государства и права, к регрессу. Пример — фашизм, установление и существование которого в любой стране неизбежно связано с торможением там процесса поступательного развития государства и права, ведет к застою в государственно-правовой жизни к относительному движению вспять.

Недопустимость абсолютизации процесса необратимости в развитии государства и права подтверждается и тем, что в последние годы в России и ряде других называвшихся ранее социалистическими государств после разрушения «коммунизма» проявилось не поступательное развитие государственно-правового механизма от «социалистического» к «посткоммунистическому», как это должно было вытекать из необратимости процесса, а совсем иное, скорее противоположное развитие.

Это подтверждается не только теоретическими установками и заявлениями пришедших к власти на волне «перестроечного» движения лидеров о необходимости пройти «обратный путь от социализма к капитализму», но и самой практикой государственно-правового и экономического строительства в этих странах.

Молодой капитализм, который мы строим, предполагается никогда не будет прекрасным, упорядоченным и благостным строем. К нему надо идти постепенно. И новая буржуазия сначала будет такой, какая она есть. Как правило, в первую очередь спекулятивной, потому что никакие крупномасштабные вложения в производство эта буржуазия не станет делать, пока мы не создадим минимальный уровень финансовой стабильности. При темпах роста цен, составляющих десятки процентов в месяц, самое разумное поведение — это, конечно, поведение спекулятивное.

Подобные воззрения на «будущее-прошлое» экономического, социально-политического и государственно-правового строя России, равно как и других восточно-европейских стран, разделяются далеко не всеми учеными. Преобладает иной, противоположный подход. Он доминирует и во взглядах на правовую систему и на конституцию будущего строя.

Критически отмечая, что в процессе государственных и конституционных изменений, произошедших в странах Восточной Европы, государственные деятели устремляют свои взоры не в «постсоциалистический, а в досоциалистический период», многие западные авторы выражают в связи с этим сомнения, что создаваемые государственные структуры и конституции смогут успешно справляться с современными проблемами. Дело в том, утверждают они, что ни эти конституции и структуры, ни возглавляющие их лидеры, многие из которых являются выходцами из старого управляющего класса, не способны реализовать на практике новые, отвечающие времени государственно-правовые идеи.

В этих условиях, в отношении России и других бывших социалистических стран, не приходится говорить о поступательном движении вперед, и даже о сохранении прежнего, достигнутого ими уровня экономического и социально-политического развития, а также о реальных материальных и иных гарантиях прав и свобод граждан.

6. Попытки механического перенесения западного опыта, институтов и нормативно-правовых актов, как правило, заканчиваются весьма плачевно для большинства ранее провозгласивших коммунистическую идеологию, а затем в одночасье отказавшихся от нее социалистических стран.

Говоря о содержании и назначении типологии государства и права, ученые опираются на огромный фактический материал, накопленный различными юридическими и неюридическими науками и в первую очередь историей государства и права, политической наукой, социологией, конституционным правом и др.

На основе изучения и обобщения данного материала устанавливаются и раскрываются объективные связи, существующие между государством и правом, с одной стороны, а также экономической и социальной структурой общества — с другой. Выявляются движущие силы процесса естественно-исторического развития государства и права, решающие из которых материальные, производственные отношения (экономический базис), раскрываются закономерности развития и смены исторических типов государства и права.

В соответствии с различными ступенями развития экономики и общества, с учетом закономерностей их поэтапного развития и функционирования определяются соответственно ступени развития или типы государства и права, а также закономерности их существования и функционирования. Существует тесная взаимосвязь и взаимозависимость между типами и закономерностями развития экономики и общества, с одной стороны, и государства и права — с другой. Однако жесткой, прямолинейной связи и взаимозависимости между ними нет. Закономерности развития и смены одних типов государства и права другими, соответствуя закономерностям развития и смены различных типов экономического базиса и общества, имеют свои специфические особенности, свою относительную самостоятельность.

7. В чем заключаются социальный смысл и назначение процесса типологии государств и правовых систем? В общетеоретическом и политико-практическом плане значение процесса типологии состоит в следующем:

- Во-первых, в том, что вырабатываемые при этом идеи о типах государства и права дают ключ для правильного понимания процесса естественно-исторического развития рассматриваемых явлений и последовательного перехода их от одной качественной ступени к другой, от одного типа к другому. Смена исторических типов государства и права является одним из узловых, наиболее важных исторических моментов, без учета которых невозможно правильно понять ни развитие их сущности, ни социально-политическое содержание и назначение, ни изменение их форм, функций, места и роли в структуре политической системы общества.

Во-вторых, в том, что типология вооружает исследователя пониманием внутренней логики и закономерностей процесса исторического развития государства и права, выступает как основа научного предвидения будущности государства и права России, равно как и других стран.

В-третьих, в том, что процесс типологии государств и правовых систем позволяет органически сочетать исследование общих закономерностей развития государственно-правовых явлений, свойственных всем без исключения типам государства и права, с их особенностями, присущими лишь отдельным типам государства и права, изучать весь процесс естественно-исторического развития государства и права в целом и одновременно процесс развития его отдельных составных частей, конкретных исторических ступеней.

В-четвертых, в том, что в процессе типологии государств и правовых систем создаются все необходимые предпосылки и возможности для широкого обобщения, систематизации и анализа всего фактического и научного материала, который касается практически всех сторон процесса возникновения и развития общества, государства и права, их последовательного перехода от одной ступени к другой.

И наконец, в-пятых, в том, что процесс типологии государств и правовых систем создает объективную основу для научного проникновения в глубинные слои процесса естественно-исторического развития государства и права, позволяет проводить четкое различие между научными и псевдонаучными государственно-правовыми теориями, дает возможность осуществлять государственно-правовое строительство в различных странах на строго научной, подтвержденной жизнью основе.

2. Проблема выработки критериев типологии государств и правовых систем

1. Типология государств и правовых систем должна производиться на строго определенной основе, в соответствии с подтвержденными социально-политической практикой объективными критериями.

В научной литературе высказано множество точек зрения по этому поводу. Основной спор ведется вокруг двух основных групп проблем:

- вокруг требований, которым должны отвечать предлагаемые критерии (критерий),

- вокруг видов данных критериев.

Что собой представляет критерий классификации государств и правовых систем? Какими чертами и особенностями он должен обладать? Каким основным требованиям он должен отвечать?

Это ключевые вопросы, от решения которых зависит, не только каким будет процесс типизации или классификации государств и правовых систем, но и как будут выглядеть эти самые государственно-правовые типы.

Многие авторы высказывают мнение относительно того, что критерии типологии государств и правовых систем должны иметь объективный характер, всесторонне и адекватно отражать исследуемую государственно-правовую материю, вбирать в себя наиболее важные и в то же время типичные для находящихся на определенном этапе развития государства и права признаки и черты, в максимальной степени учитывать и отражать экономические, политические, социальные и иные условия, в которых функционируют государство и право.

Однако понятие «объективность», как и ее восприятие, далеко не однозначны. Опыт исследования государств и правовых систем, в качестве «объективных» критериев их классификации широко использует географические и климатические факторы, степень сложности государств и правовых систем, характер их связанности с религией, степень свободы и независимости человека по отношению к государству, способ внутригосударственной организации и жизнедеятельности людей, уровень развития общей культуры и мировоззрения людей, способ производства материальных и духовных благ, характер их распределения и др.

Например, известный французский философ Жан Боден (1530 — 1596) подразделял все народы, живущие на земном шаре, а следовательно, и все государства мира на три категории по географическому принципу (критерию) — южные, северные и средние. Южные народы, по мнению философа, превосходят все другие народы тонкостью и силой ума. Северные народы отличаются своей физической силой. Средние же превосходят северян умом, но уступают в силе, а южных — по физической силе, но уступают в хитрости и изощренности.

Государство и право, по его мнению, впервые возникли у народов, проживающих в средней географической и климатической полосе. Здесь же проявилось большее умение людей управлять государством. В этой полосе возникали также самые сильные государства.

Географический критерий оценки государств и правовых систем и их типологии в различной степени использовался позднее и другими авторами.

В настоящее время некоторыми западными авторами предлагается использовать в качестве критерия группирования и классификации государств так называемый региональный принцип. Смысл его заключается в очерчивании географических регионов, в рамках которых существуют и гармонично функционируют различные, сходные между собой государства и правовые системы.

2. Своеобразную позицию по отношению к государственно-правовым явлениям и их классификации занимал немецкий ученый-юрист Г. Еллинек. Отстаивая так называемую дуалистическую теорию государства и права, пытавшуюся соединить юридическую концепцию государства и права с социологическим направлением в государствоведении и правоведении.

По его мнению, государство и право принадлежат лишь к сфере субъективного сознания и понимания. С одной стороны, они относятся к сфере сущего как феномены субъективного сознания, а с другой — к сфере должного.

Исходя из этого, выделяет (конструирует) идеальный тип государства и эмпирический.

Идеальный тип государства не есть нечто сущее, а лишь «долженствующее существовать». Он является мерилом для оценки существующего государства и права. То, что соответствует этому мерилу, имеет право возникнуть и существовать, что не соответствует ему — должно быть отвергнуто и упразднено.

Практическая значимость идеального типа государства и права в том, что он выступает в качестве некоего эталона для подражания и совершенствования. Что же касается его теоретической значимости, то она фактически приближается к нулю.

Идеальному типу государства и права в учении Еллинека противопоставляется эмпирический тип. Хотя он, как и идеальный тип государства, имеет субъективный характер, является «таким соединением признаков явлений, которое вполне зависит от точки зрения занимаемой исследователем», в отличие от первого он не претендует на го, чтобы «представлять собою высшее, объективное бытие».

Наряду с идеальным и эмпирическим типами государства и права Г. Еллинеком выделялись также типы развития и типы существования государственно-правовых явлений или, что одно и то же, динамические и статические типы государства и права. Основным критерием для такого выделения служат степень динамизма в развитии государства и права, уровень изменений (или наоборот) сменяющих друг друга государств и правовых систем.

Проводя подобную типологию государств и правовых систем, Еллинек, естественно, отдает себе отчет в том, что в чистом виде не существует и не может существовать ни одного из названных им типов. Поэтому он вводит в оборот еще один так называемый средний тип.

В настоящее время предложенная Еллинеком типология государств и правовых систем, как и выработанные им критерии ее проведения, не пользуется поддержкой и вниманием. Она в прошлом, в истории, и ей отдается должное, прежде всего именно как прошлому, истории.

3. В современной западной и отчасти отечественной литературе чаще используются другие критерии, например, принцип, или «идея политической свободы», предложенный Г. Кельзеном.

В зависимости от путей и степени участия «воли индивидов» в создании и укреплении правопорядка различают два типа власти и государственно-правовых явлений демократию и автократию. В условиях демократии имеет место полное соответствие, идентичность «воли, представленной (заключающейся) в правопорядке государства», воле всех субъектов права или индивидуумов, поскольку последние принимают активное участие в его создании и укреплении. Наоборот, в условиях автократии нет и не может быть соответствия, гармонии между волей, «заложенной» в правопорядке, и волей всех других субъектов права или индивидуумов, поскольку они из процесса его создания и укрепления полностью исключены.

Слабость и уязвимость позиции Г. Кельзена, в том, что названные им «типы» государства и права в чистом виде никогда не существовали. Демократия и автократия выступают скорее как «идеальные типы» государства и права, нежели как «исторически существовавшие» или существующие, реальные типы.

Шаткость позиции в вопросах, касающихся классификации государств и правовых систем, заключается еще и в том, что за основу (критерий) типизации берутся не основные определяющие социально-классовую природу и характер государства и права признаки и черты, а, скорее, второстепенные моменты (особенности), характеризующие преимущественно их форму, отчасти — содержание и политический режим.

4. Существуют и другие варианты классификации. Распространены попытки классификации государств и правовых систем не только самих по себе, но и в контексте, в связи с классификацией других более емких общественно-политических явлений, институтов и учреждений, таких, например, как политические системы, в рамках которых они существуют и функционируют. Процесс классификации политических систем при этом рассматривается одновременно и как процесс классификации составляющих их структурных элементов, к числу которых относятся государство и право.

В зависимости от тех или иных политических взглядов и течений, государства и правовые системы подразделяются:

- на открытые, имеющие динамичную структуру и широкие взаимосвязи с окружающей их социально-политической средой, и закрытые, отличающиеся жестко фиксированной структурой и отсутствием широких взаимосвязей и взаимодействий со средой;

- на реальные («конкретные»), «абстрагированные от реальности» (абстрактные) и «полуабстрактные» (концептуальные) политические системы государства и правовые системы.

Довольно распространенной в западной политологии и социологии является классификация политических систем, государств и правовых систем в зависимости:

- от уровня общего развития и «рациональной ориентации» на примитивные, традиционные и современные;

- от уровня развития их структуры, «структурной дифференциации» - на централизованные, децентрализованные, с однопорядковыми и разнопорядковыми элементами;

- от способности к осуществлению социальной и политической мобилизации граждан — на мобилизационные, премобилизационные и др. Мобилизационные политические системы, государства и правовые системы, в свою очередь, подразделяются многими западными авторами на демократические и авторитарные. В разряд первых ими включаются политические системы с высоким уровнем автономии составляющих их элементов (например, политическая система Великобритании), со средним или ограниченным уровнем (например, политическая система Четвертой республики Франции) и с низким уровнем автономии (например, политическая система Мексики). Ко вторым, авторитарным по своему характеру системам в западной юридической и политической литературе традиционно относят так называемые «модернизированные авторитарные политические системы» (в качестве примера приводят политическую систему Бразилии), «консервативные авторитарные политические системы» (например, политическая система франкистской Испании), «консервативные тоталитарные политические системы» (в качестве примера которых указывается на политическую систему нацистской Германии) и «радикальные тоталитарные системы» (примером которых являются, по мнению западных авторов, бывшие социалистические страны).

К «премобилизационным современным политическим системам» и соответственно государствам и правовым системам в западной политологии относят так называемый «премобилизационный авторитаризм», в качестве одного из примеров которого приводится политическая система Ганы, и «премобилизационную демократию», типичным примером которой, с точки зрения западных авторов, является политическая система, существовавшая в Нигерии до 1966 г.

5. Анализируя критерии типологии политических систем, а вместе с ними и их основных звеньев — государств и правовых систем, нельзя не обратить внимание:

- во-первых, на чрезмерно политизированный и идеологизированный характер ряда предлагаемых критериев;

- во-вторых, на явно проглядываемый и практически неизбежный элемент субъективизма при оценке характера тех или иных политических и государственно-правовых систем;

- в-третьих, на некоторую искусственность и оторванность от реальной действительности некоторых критериев, касающихся, в частности, тех, на основе которых политические и государственно-правовые системы подразделяются на «абстрактные», «полуабстрактные» и пр.




0437575876711491.html
0437617873569994.html

0437575876711491.html
0437617873569994.html
    PR.RU™